Екатерина

В последние несколько лет вокруг меня само собой проявляется много японского. Потасканные таби прошли километры специальным скользящим шагом, изучая движения театра Но. 

Веера — неотъемлемый реквизит в театре Но, могут заменять многие предметы. Они для меня олицетворяют ветер, движение. Ценю их за эту лёгкость и пластичность, а ещё они просто красивые.

Куколка Кокеши — мягкая, тёплая, уютная, хоть и из дерева. Она сразу прижилась в доме, иногда её беру на ручки и качаю. 

Лисичка — зовут Джонатан, оберег нашего плейбэк-театра.

С ним «Тысячеликий герой» Джозефа Кэмпбелла. Заглядываю туда часто, чтобы освежить и пополнить навыки сторителлинга в театре. 

Вдохновляющее чтение:

«Пройти сквозь стены» Марины Абрамович, прочитала за раз, выписывала цитаты, она в этом красном платье одним своим видом заряжает энергией. Восхищаюсь её исследовательской самоотдачей. Я бы не смогла так больно гореть, не сгорая, да и не хочу уже. 

«История тела» — история культуры со стороны телесности. Обычно история культуры описывается довольно холодно. Здесь же она вырастает непосредственно из живого тела, со всеми его страданиями и трансформациями. Нравится структурированным, глубоким научным подходом со ссылками на авторитетные источники. Я за двадцать лет существования в научных и околонаучных кругах привыкла доверять таким работам и люблю идти дальше по ссылкам, формируя свое мнение.

«Повести магов» — латиноамериканские авторы пишут о жизни без привычных атрибутов магии, но незаметно обычная жизнь становится волшебной сказкой. Хочу видеть жизнь так, как они умеют. Мечтаю побывать в Южной Америке. 

Стивен Хокинг — человек, который делает мир научной фантастики моего детства реальной, научно обоснованной, он щекочет моё воображение. И я могу продолжать верить в то, что возможно всё. 

Кристаллы — упорядоченность, сформированная миллионами лет. Тоже полны загадок. Вот бы с ними поговорить.

Старые чемоданы мне подарила моя учительница фортепиано, мы дружили с ней с моего детства. В последний год я приходила к ней с гитарой и мы пели и записывали её любимые старые песни. Два года назад она умерла. Чемоданы принадлежали её папе, настройщику. Ему нравилось, как я играла старинные русские романсы. Они пахнут семейной историей. 

Волшебная коза с золотой гривой — купила её дочери, потому что не хотела признаваться, что покупаю для себя. Золотое копытце, проводник и страж на границе моих миров: волшебного и реального. 

Маска и белое кимоно-нагадзюбан — реквизит из спектакля «Фарфоровый сад», который мы показывали несколько раз в прошедшем году. Маски уникальные, у каждой актрисы своя. Моя очень на меня похожа.

Красный нагадзюбан (нижнее кимоно) — делала в нем самый яркий свой на данный момент перформанс — Opus Magnum, где я хотела передать образ птицы Феникса.

Золотые серьги-колечки — каждый год в определённый день ритуально покупаю что-нибудь золотое. В этом году они. 

Описывая предметы, познавала себя. Вот значит какая я. Люблю загадки, науку, прошлое, волшебство. Пытаюсь убежать из реального мира в волшебный. А лучше увидеть, как большой мир просвечивает сквозь дымку того, что мы называем реальностью.

Я не стремлюсь убежать из настоящего момента в прошлое или будущее. Они для меня существуют одновременно. Я просто хочу разгадать эту загадку.